Под конвалидацией, в науке гражданского права, понимают придание ничтожной сделке юридической силы с момента ее совершения. В переводе с латинского глагол «convalescere» означает «исправлять», «усиливать», «исцелять» 1. Легального определения рассматриваемого понятия закон не содержит. Однако интерес представляет следующая позиция: «Ничтожная сделка считается недействительной с момента ее совершения независимо от признания ее таковой судом. Ничтожную сделку нельзя «оздоровить» и признать действительной, хотя в законе имеются некоторые исключения из этого правила, допускающие судебную санацию (оздоровление) ничтожных сделок»2. Исходя из положений Гражданского кодекса и указанной позиции, можно установить следующее.
1. Устоявшийся в науке термин конвалидации, законодатель называет санацией (оздоровлением). Оба термина можно признать синонимичными.
2. Как видно из буквального толкования текста Концепции, а также норм ГК санация (оздоровление) возможна только в отношении ничтожных сделок. В связи с этим необходимо подвергнуть критике высказывания ряда авторов, которые распространяют действие конвалидации и на оспоримые сделки. Наш главный аргумент здесь, доказанный выше постулат о том, что сама по себе оспоримая сделка уже действительна с момента ее совершения, а потому ей не надо придавать юридическую силу. Если исходить из позиции сторонников конвалидации оспоримых оспоримых сделок, то последствием исцеления оспоримости может выступать отпадение права на оспаривание у лица своими действиями подтвердившим ее действие. Исцеление оспоримой сделки состоит в устранении дефектов уже существующей сделки, а потому не противоречит идее оспоримости и не является исключительным явлением.
3. Сама процедура санации (оздоровления) возможна только в судебном порядке.
Не трудно заметить, что предусмотренное законом явление конвалидации противоречит идее ничтожности. Согласно положениям классической теории недействительности сделок, ничтожные сделки не могут быть исцелены ничем, поскольку то, что не имеет условий для существования, не станет действительным и в последующем. Хотя определенные исключения из этого правила допускались еще со времен Римского права, возникает вопрос: как объяснить возникновение действительности юридической сделки из того, что для права изначально не существует? Этот вопрос ставит серьезнейшую теоретическую проблему, которую невозможно решить, оставаясь на позициях формальной логики. Человеческое мышление и логика, тесно привязаны к закономерностям материального мира, а правовая реальность имеет свою специфику, с ее учетом и надо решать поставленный вопрос. В мире права характерным является наличие фикций и юридических конструкций позволяющих считать существующим то, чего нет в материальном мире или не признавать того, что уже произошло. С одной стороны правовая реальность содержится в субъективных преставлениях личности, а с другой стороны, существует не зависимо от сознания человека. Целью создания права является удовлетворение реальных интересов личности. Общественные отношения столь разнообразны, что догматичное соблюдение нормы права, в некоторых случаях будет означать нивелирование интересов тех или иных групп населения. Консервативность правовых норм зачастую может тормозить развитие гражданского оборота, поэтому законодатель зачастую вынужден уходить от внешней стройности правовой системы, чтобы добиться необходимых ему целей. Следовательно, законом нормативно закреплены исключения из общего правила, которые не всегда логично вписываются в сложившуюся систему. Указанную специфику правовой реальности в полной мере отражает рассматриваемый институт конвалидации ничтожных сделок. Уместно будет привести здесь, высказанную еще в середине 20-х годов прошлого века Т.М. Яблочковым, мысль: «мы должны всегда помнить, что там, где есть «принцип», там есть и исключение, и не одна «логика» обязательна для юриста. Жизнь с ее запросами расширяет… брешь «исключений», и мы были бы неправы, если бы настаивали на абсолютной (т.е. без всяких оговорок) силе указанного «принципа» права»3.
Таким образом, рассмотрение института конвалидации необходимо проводить с учетом целеполагания законодателя.
Общим основанием конвалидации является ничтожность сделки, допускающая возможность ее исцеления. Действующее российское законодательство, в качестве исключения из общего правила о ничтожности сделки, содержит прямое указание на возможность исцеления следующих сделок:
– сделок, требующих нотариального удостоверения, в ситуации, когда одна сторона полностью или частично исполнила такую сделку, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения (п. 1 ст. 165 ГК РФ);
–сделок, одной из сторон которых является лицо, признанное судом недееспособным (ст. 171 ГК РФ);
– сделок, одной из сторон которых является лицо, не достигшее возраста 14 лет (ст. 172 ГК РФ).
Изложенное означает, что сделка не должна иметь других пороков, приводящих к ничтожности, кроме отсутствия требуемой нотариальной формы и (или) недееспособности участника сделки.
Зададимся вопросом: каковы цели установления нотариального удостоверения сделки? На наш взгляд, таких целей, как минимум две. Во-первых, нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение (ч. 1 ст. 163 ГК РФ). Кроме того, участие нотариуса позволит обеспечить соответствие воли сторон их волеизъявлению. Во-вторых, нотариальная форма будет четко фиксировать факт заключения сделки. Законодательство предусматривает широкий круг случаев обязательного нотариального удостоверения сделок, большая часть из которых связана со сделками по отчуждению недвижимости, сделок в сфере предпринимательской деятельности, некоторыми вопросами семейного и наследственного права. Кроме того, ч. 2 ст. 163 ГК РФ предусматривает обязательное нотариальное удостоверение сделок в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида эта форма не требовалась.
Таким образом, закон предусмотрел обязательное нотариальное удостоверение для наиболее социально значимых сделок и сделок, в которых это условие предусмотрено соглашением сторон. Если принять это во внимание, то возможность санации сделок совершенных с нарушением установленной нотариальной формы, становится вполне оправданной.
Часть 3 ст. 163 ГК РФ устанавливает: «Если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность». Но, что же, является основанием для конвалидации сделки не соответствующей установленной законом форме. Эти основания указаны в п. 1 ст. 165 ГК РФ и не подлежат расширительному толкованию. Одним из них является полное или частичное исполнение сделки одной из сторон. Второе условие — уклонение другой стороны от нотариального удостоверения сделки.
Таким образом, по общему правилу, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность, но в случае, если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сделки, суд по требованию исполнившей сделку стороны вправе признать сделку действительной. Особенно важно, что требование о конвалидации предоставлено законом только стороне частично или полностью исполнившей сделку. Однако на практике зачастую возникают ситуации, когда именно сторона, частично исполнившая сделку, уклоняется от принятия встречного исполнения и нотариального удостоверения сделки. Например, по причине обнаружившейся невыгодности для себя условий сделки. Исходя из буквального толкования закона, контрагенту такой стороны, право требовать признания сделки действительной, не предоставлено. Такое положение дел свидетельствует, на наш взгляд, о том, что стороны тем самым поставлены в неравноценное положение. Что касается условия об уклонении стороны от явки к нотариусу, то здесь возможны ситуации объективного характера не зависящие от воли сторон. Например, после достижения соглашения по всем существенным условиям договора и начала его исполнения одной из сторон, контрагент признается недееспособным или умирает. Возможны ситуации, в которых местонахождение контрагента невозможно установить по причине его безвестного отсутствия. Сами по себе эти причины не препятствуют санации сделки, так как воля стороны сделки уже получила выражение в исполнении договора, однако нотариус откажет в удостоверении сделки по причине не явки лица. В связи с этим, целесообразно внести изменения в закон и изложить п. 1 статьи 165 ГК РФ в следующей редакции: «Если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сделки или же таковое становится невозможным по иным причинам, не зависящим от заинтересованной стороны, суд по требованию одной из сторон вправе признать сделку действительной. В этом случае последующее нотариальное удостоверение сделки не требуется».
Рассмотрим условия санации сделки, ничтожность которой стала следствием недееспособности одной из сторон. Главным условием здесь, является то, чтобы такая сделка была совершена к выгоде недееспособного, так как закон устанавливает возможность конвалидации именно в интересах последнего. Динамика рыночной конъюктуры, рост или падение цен, на те, или иные группы товаров и другие факторы непосредственно будут влиять на оценку заключенной сделки, с точки зрения ее выгодности. Поэтому решение о выгодности сделки для недееспособного должно приниматься на момент рассмотрения дела судом, а не на момент заключения сделки, так как условия обуславливающие выгодность сделки могли существенно измениться. Допустим, недееспособный продает имущество по цене обычной его стоимости. Данная сделка, по общему правилу, ничтожна. Но если рыночная стоимость этого имущества уменьшилась, это позволяет говорить о том, что данная сделка была совершена к выгоде недееспособного, что позволяет заявить требование о признании сделки действительной. В соответствии с п. 2 ст. 171 ГК РФ, такое требование может заявить опекун гражданина признанного недееспособным, а в интересах лица, не достигшего четырнадцати лет, в соответствии с п. 2 ст. 172 ГК РФ, требование может быть заявлено родителями, усыновителями или опекуном малолетнего. Однако не вызывает сомнений тот факт, что носителем охраняемого законом интереса в данном случае является сам недееспособный, а не лица его представляющие. Последние, по смыслу закона, являются его судебными представителями. Интересным представляется то, что закон не устанавливает каких либо предписаний на случаи признания недееспособного гражданина дееспособным или приобретения несовершеннолетним дееспособности в полном объеме. Исходя из основных принципов и начал гражданского законодательства, логичным будет вывод о том, что такое лицо сможет осуществлять свое право на санацию сделки самостоятельно. Тогда выгодность сделки должна оцениваться не на момент рассмотрения спора судом, а на момент когда лицо являлось недееспособным Ведь смысл конвалидации, как исключения из общего правила о ничтожности, состоит именно в защите интересов слабой стороны, а таковой лицо, самостоятельно заявившее иск, уже не является. Поэтому в законе целесообразно закрепить положение о том, что в случае приобретения несовершеннолетним дееспособности в полном объеме или в случае признания недееспособного гражданина дееспособным, эти граждане реализуют свое право на иск об исцелении сделки, совершенной ими в период недееспособности, самостоятельно.
Гражданский кодекс умалчивает о том, с какого момента конвалидируемая сделка становится действительной: с момента вступления решения суда в законную силу или с момента ее заключения. Между тем определение этого момента может стать существенным обстоятельством при защите интересов третьих лиц. Большинство ученых придерживается мнения о том, что решение суда должно иметь обратную силу, так как цель норм о конвалидации — вернуть не сформировавшиеся должным образом, но заслуживающие защиты фактические общественные отношения в сферу права. Но данная позиция, сама по себе, не обосновывает, почему эти общественные отношения возвращаются в сферу права с момента заключения сделки. При решении данного вопроса, необходимо учитывать, что ничтожная сделка не может быть таковой определенный промежуток времени, а затем быть признанной судом действительной. Ничтожная сделка должна быть ничтожной либо все время, либо при наличии доказанных обстоятельств, признаваться судом действительной с момента ее заключения. Норм закона вступающих в противоречие с предлагаемой нами позицией не существует. Более того, абз. 2 п. 84 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ» указывает: «В связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последствий, она может быть признана недействительной лишь с момента ее совершения». Используя простую логику, можно сделать вывод о том, что и действительной сделка может быть признана только с момента ее совершения.
В связи с полученными выводами, актуальным становится проведение серьезных исследований в области защиты интересов третьих лиц, могущих пострадать в результате ретроактивного действия сделки. В настоящее время, судебная практика придерживается следующего пути: «исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки»4.
Необходимо коснуться вопроса о том, в течение какого срока, ничтожная сделка может быть признана действительной. Законодательство оставляет этот вопрос открытым, в связи с чем, в науке сложились различные точки зрения. Так, Д. О. Тузов считает: «Поскольку ст. 181 ГК не содержит каких-либо указаний относительно продолжительности давностного срока по требованиям о конвалидации ничтожных сделок, то к этим требованиям подлежит применению общий, трехлетний, срок исковой давности (ст. 196 ГК)5». Другого мнения придерживается, например, А. П. Сергеев считающий, что требование о признании действительным договора может быть предъявлено в любой момент, вне зависимости от того, сколько времени прошло с момента совершения сделки. Основным аргументом позиции выступает то, что речь не идет о защите нарушенного права, а решение вопроса не зависит от дееспособной стороны.
Мы считаем, что к требованиям о признании сделки действительной по основанию недееспособности стороны, институт исковой давности не при-меним, так как в соответствии со ст. 196 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Здесь защищается интерес недееспособного. Говорить о нарушении прав дееспособной стороны вообще не приходится. Законодатель даже не предоставил этой стороне право требовать признания сделки действительной. Хотя необходимо признать, что отсутствие срока, в течение которого может быть удовлетворено требование о признании сделки действительной, ведет к состоянию правовой неопределенности, а следовательно такой срок необходимо законодательно закрепить. Мы предлагаем установить десятилетний срок. В решении вопроса конвалидации ничтожной сделки, по основанию несоблюдения нотариальной формы, применим общий срок исковой давности, поскольку специальные сроки исковой давности для данного рода требований в законе не указаны. В целях устранения существующего правового пробела, необходимо установить в законе норму регулирующую вопрос о том, в течение какого срока, ничтожная сделка может быть признана действительной. Гражданский кодекс необходимо дополнить статьей «Сроки в течение которых возможно признание сделки действительной». Предлагаем изложить ее в следующей редакции:
1. Требование о признании сделки действительной по основанию несоблюдения нотариальной формы может быть удовлетворено судом в течение трех лет, со дня, когда началось исполнение сделки.
2. Требование о признании сделки действительной по основанию полной или частичной недееспособности стороны, может быть удовлетворено судом в течение десяти лет, со дня, когда началось исполнение сделки.
Итак, для санации ничтожной сделки вследствие несоблюдения нотариальной формы необходимо соблюдение следующих условий:
— сделка, в силу закона или соглашения сторон, должна требовать нотариального удостоверения;
— одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, а другая уклоняется от нотариального удостоверения;
— требование о признании сделки действительной может быть заявлено только в судебном порядке стороной полностью или частично исполнившей сделку.
Для придания действительности сделкам с участием малолетних и недееспособных необходимы следующие условия:
— экономическая выгода от сделки для малолетнего или недееспособного;
— подача преобразовательного иска в суд законными представителями малолетнего или недееспособного или ими самими, после достижения полной дееспособности.
Таким образом, по результатам рассмотрения данной темы, можно сделать вывод, что феномен конвалидации ничтожной сделки, объясняется стремлением законодателя защитить особые интересы малолетних и недееспособных, исключить возможность злоупотребления со стороны недобросовестных лиц, а также обеспечить стабильность гражданского оборота. Данный институт доказал свою живучесть на протяжении веков и остается востребованным по сегодняшний день, а его формально логическое противоречие с принципом ничтожности не кажется неразрешимым. Конвалидация, по сути, представляет собой установленную законодателем фикцию исцеления ничтожной сделки. А фикция, как известно, всегда создается из практических нужд, позволяет снимать логические противоречия и успешно функционировать правовой системе. Все это позволяет говорить об особой правовой природе сделок, в отношении которых предусмотрена возможность конвалидации (исцеления, признания действительными). Такие сделки, с точки зрения теории недействительности, целесообразно признать подвидом ничтожных сделок и обозначить в науке как возможно исцелимые ничтожные сделки.
Список использованной литературы:
1. Латинско-русский и русско-латинский словарь / Под ред. Подосинова А.В. – М.: Флинта, 2007. – С. 156
2. Концепция совершенствования общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации.
3. Яблочков Т.М. Исцеление порока формы в договорах // Вестник советской юстиции. 1926. N 6. С. 231.
4. абз. 2 п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ» // СПС «Консультант Плюс»
5. Тузов Д.О. Теория недействительности сделок. Опыт российского права в контексте европейской правовой традиции. М.: Статут, 2006. 170 с.