Прежде чем перейти к рассмотрению основных концепций института недействительности сделок, необходимо ответить на очевидно встающий перед исследователем вопрос: что такое недействительная сделка и является ли она сделкой в собственном смысле? Легальное определение термина сделка содержится в законе: «сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей» . Из этого определения вытекает, что единственным признаком сделки указанным в законе, является волевой признак, выраженный в действиях физических и юридических лиц по установлению, изменению или прекращению гражданских прав и обязанностей. Очевидно, что только свободно сформированная воля может лежать в основе обязательств, иначе будет нарушен важнейший принцип гражданского права – принцип свободы и автономии лица. Важным для нас, должно являться то, насколько точно свободно сформированная воля будет проявлена внешне, то в какой связи будет находиться воля и проявленное действие, как результат этой воли. В связи с этим существенно, чтобы указанная воля, выраженная в действиях, не противоречила нормам права. Следовательно, правомерность либо, по крайней мере, отсутствие неправомерности, является необходимым элементом действительной сделки. Ведь общепризнанным считается, что сделкой стараются создать именно правовые последствия. Этим и можно объяснить связь закона со сделкой. Целью сделки является создание юридических последствий. В то же время, говоря о волевой направленности действий граждан и юридических лиц, необходимо учитывать субъективный фактор, а именно то, что они искренне желая наступления тех или иных правовых последствий, не всегда четко представляют правовые последствия сделки, могут заблуждаться в соответствии своих действий закону. А он, в свою очередь, не требует, чтобы лицо точно представляло себе все юридические последствия совершаемой сделки. Достаточно понимания того, что действие направлено на достижение юридического результата.
Таким образом, любой факт осознанной передачи вещи или права, будет означать, что между сторонами состоялась сделка. По крайней мере, состоялась сделка – факт. Вопрос о ее действительности или недействительности, то есть, состоялась ли указанная сделка, как допустимое законом правоотношение, должен решаться исходя из конкретных обстоятельств дела. На недействительность сделки как факта, обращал внимание И.Б. Новицкий. Он писал, что «факт никак не может превратиться в «не факт». Раз воля выражена и направлена на определенный результат (установление, изменение или прекращение правоотношений), этот факт наступил и не наступившим стать не может. Факт может быть безразличным с точки зрения права, но недействительным быть не может. Другое дело – те юридические последствия, которые с ними нормально связываются: они могут наступить, могут не наступить, и в этом последнем случае имеет место недействительная сделка. Таким образом, факт существования недействительной сделки не представляет собой какой-то логической бессмыслицы».
Не смотря на наличие в Гражданском Кодексе РФ отдельного параграфа посвященного недействительности сделок, легального определения недействительной сделки законом не дано. Из сложившегося оборота юридического языка исходит особая правовая форма оценки сделки: противопоставление недействительных сделок действительным. Если сделка соответствует всем необходимым условиям и достигает правовых целей, даже не вполне тех которые имели в виду стороны, можно с уверенностью говорить о действительности сделки. Логично будет утверждать, что сделка, не достигшая правового результата и (или) сделка в которой воля лиц изначально направлена на нарушение закона, будет являться недействительной.
Таким образом, под недействительной сделкой, мы предлагаем понимать сделку-правоотношение, а недействительность относить к последствиям такой сделки. Это в свою очередь будет означать, что если сделка-правоотношение будет признана недействительной, то останется существовать сделка-факт, которая была направлена на возникновение недействительного правоотношения. Эта сделка-факт не будет влечь никаких последствий, в случае если она не исполнялась, либо повлечет отрицательные последствия, на которые не была направлена воля сторон (например, обязанность возвратить все полученное по сделке). Следовательно, у любой сделки, как действительной, так и недействительной (за исключением неисполненных сделок) всегда будут наступать юридические последствия. Последствия неисполненных сделок будут заключаться в обязанности сторон игнорировать ее и не исполнять прав и обязанностей, предусмотренных такой недействительной сделкой. Изложенное означает, что недействительные сделки являются сделками как таковыми. А основным критерием деления сделок на действительные и недействительные, может служить, совпадение или несовпадение, реально наступившего правового результата с тем, на который была направлена воля сторон.
В связи с полученными на данном этапе выводами, целесообразно перейти к рассмотрению концепции правомерности/неправомерности недействительных сделок. Недействительную сделку, большинство ученых, считают действием неправомерным. В обоснование своей позиции они приводят различные доводы, основными из которых являются несоответствие недействительной сделки правовым нормам, общественная вредность недействительной сделки и наличие санкций за ее совершение. Другая группа ученых (сторонники взглядов И. Б. Новицкого) часть недействительных сделок относят к правонарушениям, а другую часть к сделкам. Н. В. Рабинович рассматривала недействительные сделки, как действия, одновременно сочетающие в себе признаки юридических сделок и правонарушений. Отдельного внимания заслуживает позиция Д. М. Генкина, считавшего, что категория правомерности не является необходимым элементом сделки как юридического факта, а определяет те или иные последствия сделки.
На первый взгляд, логичным будет отождествлять недействительную сделку с неправомерными действиями, а сделку действительную с правомерными. Но так ли это на самом деле? Для ответа на этот вопрос, в первую очередь, необходимо определить, что является неправомерными (противоправными) действиями и как они соотносится с недействительностью?
Рассматриваемые категории правомерности и неправомерности призваны выражать правовую оценку действий сторон недействительной сделки на предмет их соответствия действующим нормам права. Правомерность отождествляется с соответствием действий лица закону, а неправомерность в противовес этому, с несоответствием требованиям закона. Однако учитывая принципы автономии воли и свободы договора, действующие в гражданском праве, необходимо оговориться, что неправомерность должна означать не просто несоответствие действий нормам права, а нарушение условиями сделки императивных норм, устанавливающих запреты или обязанности. То есть противоправность (неправомерность) означает, что условия сделки вступают в противоречие с предписаниями объективного права. Одно только несоответствие закону, еще не будет означать противоправности. На наш взгляд, целесообразно разграничивать случаи, когда лицо совершающее сделку понимает противоправность своих действий и сознательно идет на то, чтобы найти лазейку в законе, и случаи когда лица искренне убеждены в том, что их действия не нарушают закон. В случае сознательной противоправности действий лиц, такие действия нельзя считать сделкой в собственном смысле. Здесь необходимо говорить об изначальной противоправности такой сделки. Таким образом, в случае обнаружения признаков неправомерности сделки подлежит выяснению вопрос об умысле лиц ее заключающих.
Сказанное, однако, не означает, что недействительная сделка, во всех случаях, будет являться гражданским правонарушением, так как, категория правонарушения предполагает, что одна сторона будет являться нарушителем, а другая потерпевшей. Поскольку стороны сделки, выражают общую волю сторон, то они находятся в одинаковом положении к совершенному ими действию. Поэтому необходимо разграничивать случаи, когда нарушение объективного права повлекло нарушение частного права стороны, и когда такое право не было нарушено. Только случаи нарушения частного права условиями сделки, вступающими в противоречие с нормами объективного права, можно считать гражданскими правонарушениями. Такие недействительные сделки необходимо считать противоправными. Например, совершение сделки с заведомо недееспособным должно расцениваться как деликт. Дееспособная сторона будет являться нарушителем. Поэтому закон не случайно возлагает на виновника ответственность в виде возмещения реального ущерба, причиненного в результате заключения и исполнения сделки.
Поскольку выше, нами было предложено условно разграничивать недействительную сделку на сделку-факт и сделку-правоотношение, то только последнюю можно считать содержанием сделки. Только правовой смысл, выраженный в сделке-правоотношении, может соответствовать или не соответствовать, установленным правовым нормам. Сделка-факт является физической стороной, материальным носителем указанного правового смысла. Правовое значение этой стороны сделки может определяться только тем, какое значение закон придает ее форме. Так, «несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. В случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность». Следовательно, функцией физической стороны является возможность сделать волю участников сделки максимально доступной для восприятия. Примечательно в связи с этим мнение Д. О. Тузова, который считает: «Как противоправную можно было бы оценить лишь физическую сторону действия, однако она, относясь не к содержанию, а к форме акта и будучи своего рода эпифеноменом его правового смысла, не распространяет свое качество противоправности на саму сделку и, даже более того, не оказывает влияния на ее действительность».
Если смысл сделки-правоотношения будет противоречить правовой норме, а тем более нарушать чье-либо частное право, это будет говорить о том, что такая сделка, не достигнет своей цели, и не будет иметь силы. Поэтому то или иное отношение правового смысла к нормам права выражается в категориях действительности/недействительности, а не в категориях правомерности/неправомерности. В отличие от категории правомерности/неправомерности, призванной, выражать правовую оценку действий сторон недействительной сделки на предмет их соответствия действующим нормам права, категория действительности/недействительности, означает, что закон либо принимает под свою защиту установления сторон, и тогда сделка действительна, либо отказывает в этом (сделка недействительна). «Но правопорядок никогда не в состоянии, ни запретить, ни разрешить проявление правового смысла в действиях человека, а значит, к нему неприменима и оценка в терминах правомерности/неправомерности».
Таким образом, можно сделать вывод, что рассмотренные нами категории правомерности/неправомерности и действительности/недействительности, являются самостоятельными и находящимися в разных плоскостях. Подчеркнем, у них разные критерии оценки и цели, то есть отсутствие правомерности, еще не означает недействительности сделки, а недействительность сделки не всегда вытекает из нарушения императивных предписаний. Пересекаться, эти категории, могут только в случае совершения правонарушений. Тогда можно говорить и о противоправности, и о недействительности такой сделки.